Книги уходящего года: возвращение к памяти

Главные литературные премии России объявили своих претендентов на победу. «Большая книга», «Ясная поляна» и «Русский Букер» опубликовали шорт-листы и к концу года станут известны лучшие книги за сезон 2015-2016 .

В этом году в числе номинантов много именитых авторов, постоянных номинантов и лауреатов литературных премий: Евгений Водолазкин с романом «Авиатор», «Лестница Якова» Людмилы Улицкой, повесть «С неба упали три яблока» Наринэ Абгарян (лауреат «Ясной поляны» в номинации «XXI век») , «Ненастье» Алексея Иванова и др.

Особого внимания заслуживают книги, ставшие номинантами на несколько премий сразу. В обширном поле современной литературы это своего рода маяки, свидетельства того, что выбор неслучаен и в нынешней литературной ситуации существуют четко прослеживаемые тенденции. Попадая сразу в несколько шорт-листов, произведение заявляет о себе как о литературном событии ещё до того, как будут объявлены лауреаты той или иной премии.

Так случилось в прошлом году с романом «Зулейха открывает глаза», который стал лауреатом сразу двух крупнейших премий – «Ясной поляны» в номинации «XXI век» и «Большой книги». Начинающий автор родом из Казани, Гузель Яхина, заставила говорить о своей книге читающую публику по всей России.

В этом году жюри литературных премий оказалось также единодушно по отношению к некоторым книгам. Итак, рассмотрим подробнее романы, которые стали претендентами сразу на несколько премий.

krepost«Крепость» Петра Алешковского

Номинации: «Большая книга», «Русский Букер»

Время: наши дни (2013 – 2014 гг.)

Место: Деревск, Новгородская область

Ключевые слова: человек в истории, связь времён, человек и власть

Аннотация: «Главный герой — археолог Иван Мальцов, фанат своего дела, честный и принципиальный до безрассудства. Он ведет раскопки в старинном русском городке, пишет книгу об истории Золотой Орды и сам — подобно монгольскому воину из его снов-видений — бросается на спасение древней Крепости, которой грозит уничтожение от рук местных нуворишей и столичных чиновников. Средневековые легенды получают новое прочтение, действие развивается стремительно, чтобы завершиться неожиданным финалом».

Бытописание современной жизни у Алешковского перемежается с отсылками в прошлое – советское, древнерусское. Пространство и время простирается от сиюминутного настоящего главного героя до бесконечной Великой Степи и доисторических времён, мелкие дрязги жизни соединяются со всеобщей исторической памятью. Главный герой находит своего исторического двойника – ордынского воина Туган-Шону. Человек потерян в своём времени, но за его плечами – не пустота, а тысячелетняя история, которая не сгинула в небытие, а продолжает жить, присутствует здесь и сейчас. В конце концов история, древность и даже вечность вознаграждают героя за труд и преданность, открывают ему свои тайны и принимают в свой мир.

Цитата: «Память – всё, что у нас остается. Память – это наша жизнь, больше ничего нет. Ничего.»

volhvov

«Поклонение волхвов» Сухбата Афлатуни

Номинации: «Ясная поляна: «XXI век», «Русский Букер»

Время: 19 октября 1847 – 6 января 1990 г.

Место: от Петербурга до Сибири, от Ташкента до Токио

Ключевые слова: человек в истории, семейная хроника, семейная тайна, народники, тайные общества, человек и власть

Аннотация: «Новый роман известного прозаика и поэта Евгения Абдуллаева, пишущего под псевдонимом Сухбат Афлатуни, охватывает огромный период в истории России: от середины 19 века до наших дней и рассказывает историю семьи Триярских, родоначальник, которой — молодой архитектор прогрессивных взглядов, Николай был близок к революционному кружку Петрашевского и тайному обществу «волхвов», но подвергся гонениям со стороны правящего императора. Сестра Николая — Варвара — став любовницей императора, чтобы спасти брата от казни, родила от царя ребенка…»

Роман написан в лучших традициях русской классики, но в то же Афлатуни создает особый, размеренный ритм повествования, событийность в романе не препятствует его глубокой созерцательности. Сложные переплетения судеб героев, мистическая связь эпох, людей и событий, словно в калейдоскопе сменяют друг друга от одной короткой главы к другой. Три книги, из которых состоит роман, названы по именам библейских волхвов – Гаспар, Мельхиор и Балтасар. Библейская история проникает в настоящую жизнь, преломляется, преобразуется, повторяется… Роман для тех, кто ценит высокую художественность слова и любит всматриваться в кружевной узор повествования.

Цитата: «Они стояли, беседуя; ветер немного стих. <…> Холмы были неподвижны, это была неподвижность непрерывной битвы, застывшей в своем течении из будущего в прошлое сквозь узкое горлышко настоящего. Временами прозрачные стрелы, пули и лохматые шары «греческого огня» пролетали совсем рядом. Тогда поскуливали псы, вздрагивали лошади и поворачивали свои морды верблюды. Но цари спокойно продолжали беседу и, только когда прямо на них падало разрубленное тело в латах или барражировал вертолет, делали легкую цезуру в плавнотекущей речи».

tkan«Мягкая ткань: Батист. Сукно» – дилогия Бориса Минаева

Номинации: «Ясная поляна: «XXI век», «Русский Букер»

Время: 1925 г. – наши дни

Место: Киев, Одесса, Петербург

Ключевые слова: связь времён, исторический перелом, маленькие люди, человек во времени

Аннотация: «Герои романа – обычные люди дореволюционной, николаевской России, которые попадают в западню исторической катастрофы, но остаются людьми, чья быстротекущая жизнь похожа на вечность.

События столетней давности активно рифмуются автором с проблемами нынешней эпохи, а частная жизнь обычных людей оказывается под прицелом истории. Герои – доктор Весленский, братья Каневские и сестры Штейн, революционные солдаты и вожаки крестьянских армий, следователи НКВД и поэты, дантисты и армейские пекари – все они образуют «мягкую ткань» жизни, которую пытаются рвать на части войны и революции. Главным движителем сюжета в романе оказывается, тем не менее, не история, а человеческие связи и личные события: любовь, разлука, желание уберечься от ненависти и жестокости, попытка «залечь на дно жизни».

Родиной принято называть пространство. У Минаева родину, праматерь, которая отпускает сына, чтобы однажды позвать обратно, олицетворяет время. Главный герой, объединяющий разнородных персонажей и сюжетные линии «Мягкой ткани» — время. Точнее – русское время: для русских оно течёт по особенному, им страшно в неизвестности, но заглянуть в будущее ещё страшнее.

Если история – ткань, то нити, из которых она соткана – человеческие судьбы. Древнегреческие мойры (в романе тоже есть женские персонажи, олицетворяющие триединую силу – сёстры Штейн) олицетворяли неуклонность, случайность и неотвратимость судьбы. Эти свойства истории (и личной, и всеобщей) остро ощущают герои Минаева, это вселяет в них ужас и надежду.

В «Мягкой ткани» жизни людей, не имеющих понятия друг о друге, сплетаются в полотно судьбы России и структура времени, протяжённость жизни народа становятся общими.

Цитата: «Я хочу родить детей, знаешь? И я боюсь рожать детей. В этом промежутке живёт человек. Что такое страх? Страх – это знание о том, что всех нас ждёт».

yuzefovich«Зимняя дорога.» Леонида Юзефовича

Номинации: «Большая книга», «Русский Букер», «Ясная поляна: «XXI век», лауреат премии «Национальный бестселлер»

Время: 1922 – 1923 гг.

Место: Якутия

Ключевые слова: гражданская война, исторический перелом, русский бунт, ужасы войны

Аннотация:«Новая книга Леонида Юзефовича рассказывает о малоизвестном эпизоде Гражданской войны в России — походе Сибирской добровольческой дружины из Владивостока в Якутию в 1922–1923 годах.

Книга основана на архивных источниках, которые автор собирал много лет. Главные герои этого захватывающего повествования — две неординарные исторические фигуры: белый генерал, правдоискатель и поэт Анатолий Пепеляев и красный командир, анархист, будущий писатель Иван Строд. В центре книги их трагическое противостояние среди якутских снегов, история их жизни, любви и смерти».

«Зимняя дорога» – безусловный лидер, номинирована на множество премий. Можно предположить, что именно этот роман станет лауреатом «Большой книги». Хотя назвать книгу романом или даже документальным романом можно лишь с натяжкой. Здесь нет характерных для романа домыслов автора – только факты, собранные с невероятной кропотливостью и тщательностью историка. Литература «нон-фикшн», которую представляет «Зимняя дорога», в очередной раз подтверждает свой статус уверенного соперника литературы «художественного вымысла». «Истории нет смысла ставить оценки, вот простая мысль, которую можно вывести из текста Юзефовича», — так отозвался на книгу Захар Прилепин. Однако вместе с этой простой мыслью многие критики отмечают, что противостояние Пепеляева и Строда, по определению не способное привести к какому-то глобальному перелому в ходе Гражданской войны, возвышается в романе до борьбы двух мифологических героев, вынесенной за пределы пространства, времени и логики: «Пепеляев и Строд — стоит лишь чуть-чуть сместить угол зрения — оказываются не малозначительными командирами небольших отрядов в забытом эпизоде истории, но громадными мифогенными фигурами, как Ахилл и Гектор, Тескатлипока и Кетцалькоатль, Индра и Вртиру». (Вадим Левенталь – «Свободная Пресса»)

Цитата: «Дух времени сильнее личного опыта».

Очевидно сходство этих четырёх романов – каждый так или иначе затрагивает тему человека в истории. Причём историческая канва настоящего в тексте переплетается с событиями прошлого (параллели Иван Мальцов – Туган-Шона в «Крепости», поколения XIX и XX века семьи Триярских в «Поклонении волхвов»). Эта тенденция наблюдается и у многих других номинантов, среди них «Лестница Якова» Людмилы Улицкой, «Авиатор» Евгения Водолазкина и «Люди августа» Сергея Лебедева.

В сегодняшней литературе называть личность двигателем истории архаично или неприлично, в ней все – «маленькие люди». Большие романы в этом году не богаты на разработанных главных героев: читатель видит не парадные портреты, а наброски лиц. История состоит из людей, которые беспомощны перед Временем, их мир зыбок и хаотичен. Поэтому пространство и время во всех романах очень гибки: авторы с головокружительной скоростью перемещаются с места на место, из эпохи в эпоху.

Романы-эпопеи, дающие срез времени, судьбу человека «на широком историческом фоне» сменили произведения, главной целью которых стал не столько полный обзор эпохи, сколько взгляд на историю в целом. Литература наших дней работает на переосмысление истории, на воссоединение общей исторической канвы без отрицания в ней какой-то неугодной эпохи. Люди устали жить без прошлого, устали бесконечно отрекаться и насильно вытравлять из своей памяти предыдущий опыт. Дискретность эпох требует воссоединения в общевременной поток.

Оборачиваясь и глядя на свою прошлую жизнь, очень важно не содрогаться от ужаса или гнева, а принять всё, что было со смирением. Ведь мудрость жизни не в том, чтобы воздвигать монументы и затем их рушить, а в умении сохранить полотно жизни неразрывным.

Оставить комментарий